Почётный работник общего образования Российской Федерации, ветеран образования с 46-летним стажем педагогической деятельности Татьяна Шуртина любезно согласилась первой открыть серию публикаций 19rusinfo об авторитете учителя и всего педагогического сообщества.
- Во времена нашего с вами, Татьяна Викторовна, детства учитель в школе и семье был безусловно авторитетной фигурой. Сегодня ситуация меняется, и довольно часто отнюдь не в лучшую сторону. Почему? Очень важно выслушать именно ваше мнение.
- И мне это тоже очень важно как руководителю действующей с 2003 года в регионе Республиканской общественной организации «Центр гуманной педагогики Республики Хакасия «Школа жизни Шалвы Амонашвили». Кроме того, вхожу в Общественный совет при министерстве образования и науки Хакасии, а с прошлого года член Наблюдательного совета Хакасского института развития образования и повышения квалификации.
То есть я могу со всей ответственностью утверждать: сегодня все управленческие и общественные структуры Хакасии сориентированы на устранение болевых точек времени. И прежде всего, речь идет о повышении авторитета учителя.
Причем делаю это сегодня, так уж символично случилось в моей судьбе - ровно 50 лет спустя я работала воспитателем в детском саду «Колокольчик». В 1976 году мы вместе с коллегой Валентиной Михайловной Поповой и Галиной Михайловной Неровных, преподавателем нашего вуза, участвовали в замечательной на тот период телевизионной программе «Дороги, которые мы выбираем». И вот эта передача для меня, молодого педагога, учителя начальных классов и учителя математики по высшему образованию, имела большое значение.
Так случилось, в Абакане на тот момент не было вакантной учительской должности, и я получила распределение в Аскизский район. В семье был маленький грудной ребёнок, а супруг работал диспетчером на железной дороге, его просто не отпустили.
Поэтому мне дали свободный диплом, и я начала искать работу. В городском управлении образования имелись две полностью исписанные фамилиями очередников школьные тетради. Одна тетрадь была на дошкольные учреждения, вторая - на школы.
По чистой случайности я попала на непродолжительное время в первые в городе ясельки. Своего маленького ребенка привела туда же. А потом моему сыну дали направление в «Колокольчик».
Я пришла в детский сад на время, но потом поняла: с этой ступени детства и надо начинать. И я осталась, ни минуты не колеблясь. Потом меня приглашали периодически в школу, я сказала: "Нет". Детский сад – это мое место.
Когда-то величайшее уважение было к двум профессиям - профессии врача и профессии учителя. Перед учителем всегда снимали шляпу, а доктору на крылечко ставили, как отмечают сельские летописцы, горшочек с маслицем. Благодарили таким образом.
Так что же изменилось сегодня? Конечно, этому есть определённые причины. Для того чтобы их обозначить, мне придется вернуться в мое далекое детство. Я сама с Волги, родилась в Саратовской области. Начинала учёбу в Вольском педагогическом училище, на четвёртом курсе уже училась здесь, здесь же и вуз закончила.
Мне повезло: я стала педагогом, который несёт на протяжении всей жизни классическую основу образования. Невзирая ни на какие реформы, ни на какие перемены, включая политические.
Мне очень повезло и с учителями. Когда в 2003 году мы впервые пригласили Шалву Александровича Амонашвили в Хакасию, позже он шесть раз приезжал, он предложил нам вспомнить своих лучших учителей. Так вот, у меня все учителя были лучшие.
Я училась в сельской школе. Село большое - Красный Яр Балаковского района Саратовской области. В местной школе преподавали учителя именно из той когорты, перед которыми хотелось снять шляпу и поклониться.
Моя мама работала в медпункте, папа после закрытия леспромхоза был председателем сельсовета. Если в семье возникал житейский вопрос, мама всегда и мне, и брату, говорила: «Надо спросить у Марии Ивановны...»
Учитель был негласным наставником для всей сельской общины. И эта сельская община много лет держалась за счет школы, держалась авторитетом учителей. Учителей с большой буквы, профессионалов.
В этом году мне представилась возможность стать организатором международных чтений гуманной педагогике в Грузии. Во время сообщения на тему «Учитель, словом твоим живу» я вспомнила всех своих учителей, начиная с моей мудрой бабушки, моих родителей, моих школьных учителей, и завершая Шалвой Александровичем.
И это уважительное отношение к учителю укреплялось в семье. Авторитет учителя начинается с семьи. Ребёнок как губка впитывает отношение к миру, природе и животным, к учителю и любому человеку. Вот это очень важно.
Однажды, в четвёртом классе, я позволила себе выходку на уроке Марии Семёновны по природоведению. Учитель рассказывала нам о теории Дарвина, в то время именно эта концепция имела место. Я не знаю почему вдруг заявила: «Человек не мог произойти от обезьяны». Учительница возразила: «Таня, это мнение авторитетного и всемирно известного учёного. Сядь сейчас же на свое место и послушай». Я не успокоилась, пока мне не поставили двойку за поведение.
Пришла домой и заявила: «Мария Семёновна не такая уж и хорошая: она же меня обидела». А мама на это сказала: «Как ты смеешь так говорить об учителе! Вырасти, выучись и только тогда ты на равных сможешь говорить с учителем».
Я от обиды расплакалась и убежала. Спасибо моей бабушке. Бабушка была верующая, она сказала: «Успокойся. Нас сотворил Господь Бог». Так разрешился мой школьный конфликт.
Отношение к учителю - это не мелочь. Когда в семье плохо говорят об учителе, когда государство называет педагогическую деятельность образовательной услугой - это неправильно.
Республиканская общественная организация «Центр гуманной педагогики Республики Хакасия» очень плотно с 2003 года сотрудничает с Хакасским институтом развития образования и повышения квалификации. С самых первых публичных чтений мы работаем при поддержке Министерства образования и науки, а сейчас ещё и при поддержке уполномоченного по правам ребенка. Потому что все озадачены проблемой повышения авторитета школьного учителя. Она очень бередит душу, бывает очень больно.
Сколько боли и растерянности испытывают родители, чьи дети не хотят идти в школу. А как на судьбах ребят сказывается нехватка педагогических кадров. Когда в рамках национального проекта строят новые школы, приезжают чиновники в село на приёмку здания, обращают внимание на крышу и школьную инфраструктуру... А директор в это время сетует: в школе нет математика, филолога и учителя английского языка. И никто не знает, как быстро исправить ситуацию.
Почему из дошкольных учреждений уходят воспитатели, а учителя уходят из школы? Возможно, они не до конца осознали свое предназначение. Надо еще со школы мотивировать ребёнка на эту профессию. Потому что это особенная профессия.
Я долгое время вела большую практику в детском саду «Ивушка», будучи заместителем заведующего. Мы с Надеждой Фёдоровной Чугаевой сформировали слаженный профессиональный коллектив. В момент перестройки и во время других непростых событий никто не ушёл из коллектива. Мы с ней взрастили коллектив единомышленников.
И вы знаете, почему? Потому что мы все вместе искали пути решения возникающих проблем. Галина Михайловна Неровных часто поднимала вопрос, почему труд педагога приравняли к образовательной услуге: «Мы же не парикмахеры и не работники столовой. У нас своя миссия – воспитание ребёнка».
У педагога действительно особая миссия: ты не можешь обмануть ребёнка.
У нас в течение многих лет работал клуб заботливых родителей «Семейный очаг». Родители приходили озабоченные своими проблемами. Им не надо лекции читать и отправлять к новоявленным психологам, которые за деньги посоветуют, как быть. Родители должны найти понимание и реальную помощь в образовательном учреждении. Именно так предусмотрено концепцией гуманной педагогики.
Школа – это не только образовательное учреждение, где учитель передает знания. Провел уроки, а воспитанием пусть родители занимаются: именно так рассуждает предметник. Потому-то у него такая узкая специализация — предметник.
А настоящий учитель не пройдёт мимо беды и тревоги. Если ребенок не пришёл на урок,позвонит и встретится с ним, выяснит причину его душевных страданий.
В 90-е годы, когда я была членом Общественной палаты, в республике случались детские суициды. Семиклассники коллективно лишали себя жизни, чтобы не страшно, чаще всего вдвоем. Мы вместе с Валентиной Евгеньевной Майногашевой, светлая ей память, научным сотрудником ХакНИИЯЛИ, выезжали на место, разбирались в причинах этого ужаса.
Вот это была трагедия: закрывались совхозы и леспромхозы. Что стали делать безработные сельские жители? Пить. Начали распадаться семьи. Кто страдал? Дети, они были никому не нужны. Кроме учителей.
Как рассказывала когда-то замечательный педагог Лариса Александровна Аткнина, педагог в четвёртом поколении, ее сестра учитель первоклашек в сельской школе посетовала однажды: я ничего не имею против государственной поддержки семей с детьми, но если государство даёт деньги на детей, то надо контролировать, как их семья расходует. Неработающие родители пили на детские пособия.
В это же время мы всем миром собирали средства и покупали для ребят одежду, школьную канцелярию и ещё многое другое.
Маленький человечек не мог сказать о своей беде, а большой чаще всего просто убегал из дома. Нам тогда пришлось вспомнить о защитной педагогике Василия Александровича Сухомлинского, это же была его идея.
А сегодня мы приезжаем в село и ссылаемся на опыт Антона Семёновича Макаренко, а молодые педагоги не знают, кто это. О Василии Александровиче Сухомлинском тоже не знают. Это вина студентов? Нет, это вина педагогов вуза, которые об этом не рассказывают.
А школа – это не только знание. Это очаг духовности, это очаг нравственности, это мастерская человечности и многое-многое другое. Даритель знаний – это не урокодатель.
Сестра Лариса Александровна, замечательный, скромный учитель, она сейчас тоже на пенсии, рассказывала: «Прихожу в класс, а ребятишки сидят и меня как бы не слышат. Я говорю, ну что вы, мои хорошие, хлопаете глазками. А они мне в ответ говорят, мы есть хотим. Родители пьяные спят, они встали утром и в школу голодные пошли. На следующий день она хлеб дома испекла, картошку сварила и принесла к началу урока. Поели и приступили к учебе. Вот это учитель.
- Татьяна Викторовна, спасибо за весьма познавательный рассказ. Как вы полагаете, что сегодня надо сделать для того, чтобы все-таки вернуть былой непререкаемый авторитет учителю?
- Несколько лет назад был принят новый федеральный закон об образовании, где чётко расписана миссия учителя, государство повернулось лицом к учителю. Но появилась тенденция борьбы за высокую зарплату.
Если возникает вопрос о маленькой зарплате, я говорю, мои дорогие, когда мы выбираем эту профессию, надо отдавать себе отчет: мы идем работать в бюджетную сферу, мы не производим материальных благ. Но при этом мы производим самую главную ценность. Те, кто нацелен на высокую заработную плату, они или убегают из школы в поисках высокой зарплаты. Не нужно было объявлять труд педагогов обслугой. Это большая государственная ошибка.
- Вы имеете в виду введение понятия «образовательная услуга»?
- Да. Родители при этом сделали вывод: ага, педагог их обслуживает. Мне однажды один из родителей заявил: «Нам воспитка сказала…». Я говорю, простите, кто? Воспитатель, как ее зовут? Ой, я не знаю, как ее зовут. Я говорю, а вы познакомьтесь. Этот человек большую часть времени проводит с вашим ребёнком, отдаёт ему много душевных сил и знаний. А вы его утром разбудили, в детский сад привели, вечером забрали, спать уложили.
Второй момент. Абсолютно не говорят о важности профессии учителя. Вот нас к профессии готовили. Когда я поступила в Вольское педагогическое училище, это было училище имени Героя Великой Отечественной войны Панфилова. Нам всегда говорили, вы панфиловцы, должны во всем соответствовать, начиная с внешнего вида, поведения и речи.
Вы художники жизни, говорил нам Шалва Александрович. Вы рисуете будущую жизнь. Вы должны поднимать общество вверх, а не опускаться до самого низкого уровня.
Нести всегда только свет и понимать, что ты нужен детям. Если ты это понимаешь, ты никогда из профессии не уйдёшь.
У нас в Абакане еще в давние времена было организовано методическое объединение молодых педагогов. Почему важно работать с молодыми? Сейчас идёт конкурс «Вдохновение». Я много лет в жюри этого конкурса. Я иду туда с большой радостью, потому что у меня есть возможность поддержать молодых педагогов.
И я коллегам говорю, это наша с вами основная функция – оказать им методическую помощь. Вот пришли к вам эти звёздочки с плохой базой, я вам честно скажу, уровень подготовки педагогов сейчас и несколько лет назад – разнится. Почему? Потому что раньше была база.
Наш детский сад «Ивушка» всегда был базой педколледжа ХГУ. К нам на практику ходили студенты всех курсов, начиная со второго курса. Они видели нашу работу. Кто-то сразу говорил, ой, я так не смогу. Я говорю, а ты пробовала?
Я сама 10 лет вела практику. Мои хорошие, всё надо пробовать. Но ты должна сразу, прежде чем идти к детям, решить, твоё это или не твоё. А для этого нужно очень немного. Желание научиться и любить детей. Если в тебе этого нет, многие говорят, я их терпеть не могу, это не твоё. Пока ты на начальной ступени, не мучай себя и детей, не становись плохим педагогом, лучше отойди в стороночку: не ту профессию ты выбрал.
К нам приходила с группой студентов нынешний ректор ХакИРО Светлана Тихоновна Дмитриева, когда работала в ХГУ. К нам ходила Ольга Анатольевна Соломникова, сейчас руководит дошкольным образованием в Московской области. Она ходила ко мне, кстати, в группу, когда я была воспитателем. И так интересно, я сейчас её считаю своим учителем, наставником.
Мы все друг другу учителя. Мы все друг у друга учимся. Это Марина Ивановна Васильева, Ирина Ивановна Гончарова, Татьяна Михайловна Смертина. Это был такой симбиоз науки и практики.
Почему росли в профессиональном плане наши воспитатели? У нас педагоги-наставники все были с высшей категорией и вели экспериментальные площадки. У нас был ресурсный центр для всей республики по гуманной педагогике.
Потом сменили курс и пошли образовательные стандарты. Что такое образовательный стандарт? Я прожила уже почти 72 года и не понимаю, как можно стандартизировать работу трех разных талантливых педагогов? Мы какой-то снаряд на токарном станке готовим по образцу? Все ученики разные и нужен к каждому свой подход.
Желание загнать педагогический труд в какие-то жесткие рамки - это первая ошибка на заре стандартизации. Это что? Конвейер запустили? В результате имеем то, что имеем. Дефицит кадров даже в Абакане.
Достойный очаг гуманной педагогики сохранила моя однокурсница Людмила Михайловна Грачёва, мать-героиня, которая работает в деревне Таёжная.
Я оттуда только что вернулась. Мы однокурсники, каждый год встречаемся. Я очень хотела увидеть эту Таёжнинскую начальную школу и её детей. Потому что, когда моя однокурсница спросила: "Маша, а ты приёмная дочь?" Она говорит: "У нас семей не было приёмных, мы все родные". Людмила Грачева воспитала 36 детей и троих своих.
В деревне сохранили школу - очаг культуры и духовности. При въезде в деревню сразу видишь белое школьное здание. В селе даже всё палисадники разукрашены.
Маленькая деревня, в ней сегодня девять детей. В центре поставили памятник из чёрного мрамора, увековечили память трёх погибших на СВО, включая атамана. Восемь ребят из деревни и сегодня сражаются.
Сейчас много говорят о патриотическом воспитании. Надо говорить о том, как любить родину. Не нужен псевдопатриотизм, не нужны кричалки, не нужны флешмобы, которые у Запада позаимствовали. Дети вообще не понимают, зачем они флажками машут.
На сегодня это те вызовы времени, с которыми мы сегодня столкнулись и на которые надо отвечать. За нас никто это не сделает.
Поздравляя педагогов с профессиональным праздником в Год дошкольного образования, хочу напомнить коллегам: мы с вами относимся к тем трем самым важным профессиям на земле, у которых нет права на ошибку. Это судья, врач и учитель. Если у врача жизнь человека на кончике скальпеля, то плохой учитель может испепелить душу. И след останется на всю жизнь.
Поддержка требуется каждому ребёнку. Одарённый ребёнок пришёл в этот мир уже с этим даром. Одаренные дети лидируют на олимпиадах, у них выстраивается благополучная образовательная траектория. А что делать остальным? С каким багажом знаний они уйдут из школы – это наша работа. Особая благодарность тем педагогам, которые, невзирая на трудности, работают с детьми, не уходят из профессии.
Эта профессия вечна. Как говорил Шалва Амонашвили: если каждый из миллионной армии учителей России спасёт хотя бы по одному ребёнку, мы миллионы душ спасём.
